Глава 4 В ВЕК ПРОСВЕЩЕНИЯ
![]() |
![]() |
![]() |
![]() |
показано 18 из 92 | ![]() |
стр. | из 92 | ![]() |
И.Л. Блюментрост был одним из любимцев Петра I — царь ценил этого молодого, умного и знающего врача, давал ему ответственные поручения. Задание подготовить наставление для военных врачей было одним из самых важных. Неизвестно, где работал Блюмен- трост, выполняя поручение Петра I, где начал он писать свой труд, скорее всего, это произошло в России, в Москве. Работа эта, ве- роятно, не заняла слишком много времени — царь любил, чтобы его задания выполняли быстро. Во всяком случае, уже в 1700 г. Блюментрост издал в Кенигсберге книгу «Exercitatio practica, sistens Medicum castrensem exercitui Moscovitarum praefectum» [«Практиче-
ский трактат, ставящий лагерного врача блюстителем (здравия) в Московском войске»].
Книгу эту, изданную, как и все научные труды, на латин- ском языке, внимательно прочитал и кратко прокомментировал Г.Б. Яковлев (1951). Книга, долго считавшаяся утерянной, на са- мом деле хранилась в Петербургской публичной библиотеке, где и была обнаружена в середине XIX в. . она представляла собой брошюру небольшого формата, объемом около 80 страниц, раз- деленную на 39 параграфов. В 1703 г. в Кенигсберге вышло второе издание этой книги.
|
|
В своей книге Блюментрост постарался учесть как российскую медицинскую и хирургическую практику, так и западноевропей- ский хирургический опыт. Одними из самых важных в книге были те разделы (параграфы 28-34), в которых Блюментрост писал о лечении ран, давал свои советы, приводил рецепты. Наиболее тя- желыми он оправданно считал огнестрельные раны с ушибами и разрывами тканей — в этих случаях следовало производить «вы- резание тканей, скарификацию и выжигание». А при ранении вен и артерий он советовал сначала остановить кровотечение, а потом применять снаружи отвар хмеля с квасцами и конопляными охло- пьями.
При лечении ран Блюментрост рекомендовал использовать бальзамы, масла, пластыри. В случае ранения грудной клетки и возникновения эмпиемы он советовал применять известные ему полые (или продырявленные) турунды для оттока крови и гноя. Целесообразными были и его рекомендации по диагностике и ле- чению черепных ранений, а также совет при гангрене конечностей ампутацию производить не слишком близко к пораженной части.
Интересным был параграф 35, в котором говорилось о лечении травм. Блюментрост подчеркивал трудность лечения переломов конечностей. «Самые большие отломки срастаются в 50 дней,- писал он, -…бедро срастается редко. Кости должны быть репо- нированы и укреплены между прутьями (шинами) в естественном положении бинтами с двумя головками». При переломах раненым следовало давать внутрь потогонные и слабительные, а снаружи прикладывать масло из земляных червей и т.д.
|
|
Поучительными были рекомендации, которые давал Блюмен- трост врачам и хирургам: «Пусть каждый врач не будет угрюмым, робким или боязливым, но владеющим собой, рассудительным,
всегда готовым к помощи. Пусть так ведет себя со всеми, чтобы не оскорбить ни Бога, ни людей». Особые требования предъявлял он к хирургу, который «должен быть чрезвычайно опытен в своем ис- кусстве. Поэтому никто не может быть допущен к хирургической работе без экзамена, проведенного врачом. Хирург должен быть старательным, рассудительным и чутким. Пусть он лечит больных насколько возможно скромно, спокойно и осмотрительно и пусть не пренебрегает изучением больного и сверх необходимости ниче- го не режет. Более тяжелые повреждения пусть направляет к врачу и отклоняет опасные операции».
Рекомендации, которые давал Блюментрост, были адресованы, по всей вероятности, как врачам-иностранцам, докторам медици- ны, служившим тогда по найму в российской армии, так и отече- ственым, «из природных россиян», лекарям (хирургам). И хотя в делах Аптекарского приказа, письмах и бумагах Петра I не удалось найти указаний о приобретении этой книги для военных врачей или рекомендации ее в виде руководства, все же факт остается фактом: книга эта, содержащая взвешенные и полезные рекомен- дации, в определенной мере характеризует состояние медицины и хирургии России в самом начале века Просвещения. Книга Блю- ментроста, первый печатный труд по военной медицине и хирур- гии, была обобщением не только его собственного, пусть и не- большого опыта военного врача, но и опыта других российских медиков и лекарей (хирургов).
Первая медико-хирургическая школа была открыта в Москве одновременно с госпиталем (1707). Возглавил эту школу главный доктор госпиталя Н.Л. Бидлоо.
Николай Ламбертович Бидлоо (1670-1735) родился в Голландии, в Амстердаме, в культурной, образованной семье . его отец Ламберт Бидлоо был аптекарем и ученым-ботаником, членом Амстердам- ского медицинского общества, а дядя Готфрид Бидлоо — анатомом и хирургом, лейб-медиком английского короля, а затем — профес- сором и ректором Лейденско-Батавской академии. Следуя по от- цовским стопам, Николай Бидлоо окончил эту академию, в 1697 г. защитил диссертацию на тему «О задержке менструаций», стал доктором медицины и до 1702 г. занимался медицинской практи- кой в Амстердаме. В 1702 г. Бидлоо попал в Россию, ставшую ему
второй родиной: он прожил здесь более 30 лет. Многие годы он оставался главным доктором московского госпиталя и руководи- телем госпитальной школы, где обучал будущих лекарей основным медицинским предметам. Занимался он и наукой, став автором первых подготовленных в России научных трудов по хирургии.
Опытный клиницист, Бидлоо, вероятно, был хорошо знаком с проблемами хирургии и хирургической помощи. Как руководитель госпитальной школы, он с самого начала большое внимание об- ращал на науки, которые призваны были сформировать у моло- дых медиков практические навыки, мышление врача и хирурга. Он считал, что это были прежде всего анатомия (с физиологией) и хирургия, обучать которым своих воспитанников взялся он сам.
О Николае Бидлоо как об ученом, враче, хирурге (а также о со- держании курса анатомии и хирургии, преподававшегося ученикам Московской госпитальной школы) позволяет судить его капиталь- ный труд «Наставление для изучающих хирургию в анатомическом театре». Этот труд отлично отражал его солидный хирургический опыт и оправданно стал первым русским учебником хирургии. Хи- рургию Бидлоо считал неотъемлемой частью медицины и на деле подтверждал примат медико-хирургической подготовки будущих врачей. В соответствии с этим хирургия, учил он своих слушате- лей, это «предмет, созданный опытом, на основе познания и изу- чения хорошо сложенного человеческого тела, для восстановления и сохранения неестественно измененного случайными болезнями тела и красоты его, что достигается приложением рук извне, при- менением внутрь лекарств, а также инструментов».
Представленная информация была полезной? ДА 58.98% НЕТ 41.02% Проголосовало: 1002 |
|
считал, что к хирургии относится и «химия» (при- готовление медикаментов в зависимости от особенности болезни), и «ботаника» (знание растений, цветов, корней, пригодных для приготовления лекарств).
Изложение предмета хирургии предваряли ценные деонтоло- гические рассуждения о больном, о хирурге и его помощниках, о присутствующих на операции. Интересно определение, которое Бидлоо давал хирургу: «Хирург должен быть не слишком молод или стар, хорошо изучивший теорию науки и имеющий опыт в своем искусстве. Он должен обладать рассудительным умом, острым зрением, быть здоровым и сильным. Во время операции
быть внешне безжалостным, не сердитым, способным, славным, трезвым. Хирург не должен быть своенравным, дабы не слишком спешил при операции и по своей опрометчивости не бросал опе- рацию посредине, не сердился на сказанное больным. Еще должен быть проворным, чтобы уверенно начинать операцию, не лени- вым, а деятельным. Далее, чтобы хирург не гневался на больного, а старался расположить его к себе. Если надежда на спасение пре- вышает опасность, тогда надо делать операцию. Но если опасность больше, то следует воздержаться от операции. Никогда не при- ступать к операции ради наживы, а лечить болезни по призванию. Далее, хирург не может начинать операцию, не посоветовавшись с коллегой или человеком, сведущим в этом искусстве».
Это определение хирурга вызывает в памяти другое — то, кото- рое дал еще в I веке н.э. Авл Корнелий Цельс в своем сочинении «О медицине» и которое повторялось затем в разное время раз- личными авторами. Сравнивая эти два определения (разделенные, правда, 17 веками), можно отметить, что определение Бидлоо зна- чительно шире и отличается большей глубиной. Впрочем, и хирур- гия в его время, в век Просвещения, была уже другой.
|
|
В изложении предмета, в приводимых примерах и обобщениях, в конкретных рекомендациях — везде в труде Бидлоо чувствовал- ся и теоретик, и практик хирургии. Так, в самом начале он давал представление о хирургической операции, которая, по его словам, есть «хирургическое вмешательство, сознательно и научно приме- няемое на больных частях человеческого тела, осуществляемое для сохранения, восстановления и красоты его и включающее четыре вида. 1. Соединение, чтобы срослось разъединение. 2. Разделение, когда что-то, неестественно сросшееся, должно быть вскрыто и разделено. 3. Удаление, когда что-то вросшее в тело было бы от- резано и отделено. 4. Протезирование — восстановление чего-либо недостающего. Эти вышеназванные вмешательства, или операции, производятся на мягких или твердых частях, снаружи и внутри».
Бидлоо подробно объяснял особенности каждого вида этих опе- раций. Так, операции соединения он подразделял на сопоставле- ние, достигаемое соединением разъединенных частей пластырями, подушечками, повязками, и шов, который накладывается на брю- шину, желудок и т.д. Операции разделения включали разрез, пунк- цию, прободение и прижигание . операции удаления — экстрак- цию щипцами, ремнями и другими способами, вырезание, разрез.
Операции протезирования предполагали возмещение (например, изготовление искусственной ноги), восстановление функции (на- пример, приготовление золотой пластинки при сифилитическом поражении нёба), сохранение красоты (искусственный глаз, зубы), изменение неестественного строения (исправление начинающего- ся горба). Эти представления о различных оперативных вмеша- тельствах, которые, скорее всего, производил и сам Бидлоо, впол- не соответствовали передовому уровню тогдашней хирургии
После общего знакомства с операциями следовало более деталь- ное изучение каждой из них. Основываясь на собственном опыте, Бидлоо подробно рассматривал различные пластыри, подушечки и компрессы, повязки и особенно швы — «соединение разъеди- ненной кровоточивой части человеческого тела посредством нити и иглы», причем приводил правила, где можно и где нельзя на- кладывать швы, и рекомендовал конкретные приемы наложения швов. Детально излагал он виды и технику разрезов.
Особое внимание в труде Бидлоо уделялось пиротехнии — ис- пользованию в хирургической практике различных прижиганий . видимо, он сам нередко использовал этот метод лечения. Этот вид хирургического вмешательства эпохи Средневековья был все еще чрезвычайно распространен и удерживался затем в медицине вплоть до XIX в. Различалось термическое прижигание, которое производили раскаленным железом или раскаленным веществом при какой-либо болезни, и вытравляющее прижигание с помощью прижигающих и разъедающих лекарств (сублимата ртути, преци- питата ртути, негашеной извести, купороса и др.).
Одними из принятых тогда методов лечения, тоже пришедши- ми из Средневековья, но применявшимися в медицине еще и в XVIII и даже в XIX вв., были фонтанель — искусственная язва, создававшаяся для длительного отделения патологического секре- та, и заволока — пучок нитей, вложенный в искусственно сде- ланный под кожей раневой канал, чтобы вызвать в нем воспа- лительное раздражение, нагноение. Фонтанели открывали либо разрезом, либо разъедающими средствами, либо прижигателями (чаще всего). Подробно излагалась и техника протягивания заво- локи, причем подчеркивалось, что «заволока значит больше, чем четыре фонтанеля».
С учетом новейших данных медицины и, конечно же, собствен- ного опыта говорил Бидлоо об ангиологии, или о секции сосу-
дов. Артериотомию и флеботомию, подчеркивал он в своем труде, применяют на всем теле и при всех болезнях человеческого тела. Рассечение производят продольно, поперечно и косо. Венесекцию (кровопускание) «для уменьшения, или удаления, или отвлечения крови» он рекомендовал при таких болезнях, как абсцессы, раны, язвы, переломы, вывихи, а также при различных болезнях головы (головная боль, безумие, делирий, воспаление глаз), горла (вос- паление миндалин, воспаление мышц гортани, ангина, болезни гортани, раны горла, головы и т.д.), груди (воспаление плевры, воспаление оболочки легких, закупорка горла, трепетание сердца, астма, плеврит, чахотка). Крови следовало извлекать от 4 до 8 ун- ций (от 120 г до 240 г).
Подобные широкие показания для кровопускания, которые ре- комендовал Бидлоо, можно объяснить, по-видимому, распростра- ненными еще тогда идеалистическими, вернее виталистическими, учениями, такими как учение Иоганна Ван Гельмонта об «архее» (высшем жизненном начале) или особенно характерным для XVIII в. анимизмом создателя теории флогистона Эрнста Шталя. В общем, изложенный в труде Николая Бидлоо курс хирургии был осно- ван на новейших достижениях этой науки в начале XVIII в., пол- ностью соответствовал ее научному уровню в то время, а также содержал, что следует отметить особо, ценные нововведения из собственного практического опыта. Особенностью этого труда является не только его высокий научный уровень, но и полное соответствие требованиям учебного руководства — строгая систе- матизация, продуманное изложение материала, акцент на главных вопросах, стремление предоставить учащимся возможность для самостоятельных занятий. «В этих лекциях кое-что не досказано и не раскрыто, — обращался к каждому своему ученику доктор Бидлоо. — Однако все это придет к тебе с опытом, практикой и размышлениями».
Опыт, практика и размышления видного российского ученого и хирурга Николая Бидлоо — вот что легло в основу написанного им первого русского научного и учебного руководства по хирургии. Этот научный труд убедительно доказывал, что уже в начале века Просвещения медицина России стала частью общеевропейской медицины.
Одним из основных учебных руководств по хирургии в XVIII в. был учебник хирургии немецкого хирурга Лоренца Гейстера, из-
данный в Нюрнберге (1719) и в Амстердаме (1750). Этот доброт- ный учебник использовали и в Московской госпитальной школе. Однако значительно лучшее отечественное руководство Николая Бидлоо почему-то вовсе исключили из числа учебников для буду- щих российских врачей.
![Анастасия](/wp-content/uploads/2023/11/expert.webp)